Откуда взялись русалки

Posted by Pavlo on March 25, 2015

Как-то ведь надо понять, откуда взялся этот образ? Некоторые натуралисты пытались объяснить — и довольно убедительно — «рыбообразие» нижней части тела русалок тем, что морякам древности и средневековья не раз приходилось наблюдать настоящих морских сирен, то есть дюгоней и ламантинов — морских млекопитающих, близких к моржам и тюленям. Моряки, проводившие многие месяцы в плавании без женского общества, могли, наверное, издали принять этих животных за прекрасных морских дев. Казалось бы, рациональное объяснение. Однако тут снова есть «но»… Да не одно!

Первое «но» — в том, что мифическая «человекорыба» не всегда была только женского рода. В шумеро-вавилонской мифологии присутствуют и Оаннес, таинственное существо в виде бородатого мужчины с рыбообразной нижней частью тела, и бог воды и мудрости Эа (Энки) — такого же вида. А в «Библейской энциклопедии» приводится изображение Дагона — «филистимского идола», упоминаемого в Книгах Судей, Царств и других разделах Библии. Этот Дагон Филистимский — мужчина с ассирийской бородой, мускулистыми руками и торсом; ниже пояса — рыба. Русал? Водяной?

Второе «но». В 1987 году в Новосибирске вышла книга «Мифологические рассказы русского населения Восточной Сибири», собранные В. Зиновьевым. В ней есть сообщения, которые к мифологическим можно отнести лишь весьма условно. В их числе — рассказ местной жительницы, в детстве дважды видевшей русалку.

Девочка, поившая ночью коня в старице, увидела, что на противоположном берегу сидит на кочке женщина и расчесывает волосы. Девочка решила, что это знакомая старушка, Михайловна, «прибрела и моется». Мать девочки усомнилась: «Че она ночью-то мыться будет?» Через день девочка снова поила коня и опять увидела ту же картину. Любопытная девчушка решила развеять сомнения: «Конь-то пьет, а я говорю:

— Ты че, бабушка Михайловна, ночью моешься?

Она как в воду-т — бух! Конь-то у меня со всех ног…»

Как будто ничего особенного. Но концовка рассказа совсем не мифологического характера: «Ее потом Сафонов убил, эту русалку. Из воды вытащил и показывал. У нее голова и руки, тело-то человечье, а ниже — хвост рыбий. Черный такой, в чешуе». Не бред, не фантазия, не розыгрыш. Особенно убеждает в правдивости рассказа то обстоятельство, что не какой-то неизвестный лесник или охотник, а вполне конкретный, всем в этой местности известный Сафонов взял да и убил это непонятное существо. Он оказался решительнее, чем царевич у Лермонтова. Чего уж там. Просто пришел, увидел и — убил…

Трудно, конечно, отнестись к этой публикации с полным доверием. И трудно не согласиться с мнением М. Быковой, что статья К. Банзе — пример если не ёрничества, то определенного дилетантизма. Да, если уж известный криптозоолог, отстаивающий права на существование своих «подопечных» видов не только в популярных изданиях, но и на страницах научных монографий, высказывает сомнение в научности работы К. Банзе, то это кое-что значит. Да, да, конечно же… Но все-таки: кого убил Сафонов?