Fortissimo-аккорд: Йосеф Якерсон. Эссе И. Якерсона. Главы из книги "Современное Израильское Изобра

«. полное раньше удивительной силы и красоты (не путать с красивостью!) «пещерное» искусство первобытных охотников перерождается в бронзовом и железном веке в безжизненную схему скотоводческих и земледельческих племен».

Строгость и величие характеризуют искусство первичного натурализма всех народов, как западных, так и восточных.

«В разное время и в разных странах первичный натурализм породил в архитектуре монументальную форму пирамиды. Примеры тому: пирамиды Древнего Египта и Месопотамии, пирамидальные храмы Бирмы или Индонезии, пирамиды древней Мексики, которые возникли на несколько тысяч лет позже египетских и ассирийских (предположительно лишь в 8-9 вв. н. э.). Кстати, и древнекитайские пагоды, и европейские готические соборы, крыша которых в эпоху «классической» готики имела пирамидальную форму, тяготеют по своему общему силуэту к пирамиде».

На этапах первичного натурализма все изображения человека всегда портретны.

«Древние египтяне верили, что изображение столь же реально, как и объект изо-бражения, и все свои усилия направляли на достижение точности изображения. Желание «подправить» и «подкрасить» природу, недоверие к ней, вызывается сомнением в том, что внешняя форма – точный слепок некоей «Высшей Идеи». Неверие в это, подтачивая изнутри искусство натурализма, в конце концов и губит его».

«. На этапе натурализма все художники – гении. Решать же (да еще обладая модерной «культурой» и «вкусом»!), кто «лучше», кто «хуже», - бессмысленно и даже как-то неэтично. Кто более гениален – создатель портрета маркграфини Уты или так называемой Синагоги. »

«Почти 1000 лет потребовалось человечеству, чтобы снова обрести желание за-ниматься искусством и почувствовать в себе силу сделать это!»

«Искусство модерна всех эпох всегда тяготеет к символике, магии. Худо-жественная магия делает абсолютно ненужным всякое умение, мастерство. (Вполне достаточно условного обозначения, знака).

Условные фигуры, уподобленные колоннам, драпировки, графически сухо рас-черченные складками-каннелюрами – и выразительные портретные головы! – Модерн Древнего Мира уступал место первичному натурализму Нового време-ни. Сподобится ли и наше поколение увидеть в современном искусстве эту пе-реходную (от модерна Нового к натурализму Новейшего времени) форму? Остается надежда лишь «академического» свойства.

«Самой общей чертой модерна является его «вторичность», т. е. модерн есть уже искусство по поводу искусства. Отрыв от действительности, натуры достигает своего апогея. Учителем художника на этапе модерна становится не жизнь, его окружающая, но произведения других художников, как предшест-венников, так и современников».

«Принципиально одинаковы неолитическая голова с Кикладских островов с ее нерасчлененной яйцевидной формой. и скульптуры Бранкузи или Модильяни, мегалитические сооружения – и скульптуры Г. Мура. »